Очень боюсь истерики со стороны малыша. Как избежать этого?

Для примера такой непридуманный случай. Годовалый ребенок, не удовле­творенный каким-то ответом мамы, в знак протеста вдруг бросился на пол. заголосил. Раньше такого с ним не бывало. Значит, где-то увидел, дети ведь очень быстро обучаются подражанию. Мама и бабушка посмотрели друг на друга и, не говоря ни слова, обошли с двух сторон распластанного на полу кап­ризу и вышли из кухни, да еще и дверь за собой прикрыли. Мальчик полежал несколько секунд, поднялся, вышел вслед за взрослыми и снова бросился перед ними на пол. Мама снова спокойно обошла сына и ушла на кухню. Малыш на этот раз тоже спокойно поднялся и последовал за матерью. Больше ни разу в жизни он такого не повторял.

Этот пример подсказывает, что делать, если ребенок капризничает. Пре­жде всего наберитесь выдержки и спокойствия. Оставьте ребенка на время одного. Ведь дети капризничают, как правило, тогда, когда поблизости есть взрослые, зрители. Если таковых рядом не обнаруживается, малыш, даже если он и недоволен чем-то, плакать не будет, он быстро успокаивается.

Больше всего на свете боюсь вырастить ребенка-упрямца, такого, про кого в народе говорят: хоть кол на голове теши, а он все равно на своем стоит. Стараюсь воспитывать по науке, но малыш, кажется, не собирается сдаваться, наоборот, с каждым днем становится все упрямей. И я не знаю, что делать, смогу ли справиться с ним.

Рано или поздно, действительно, может наступить такой момент, когда ребенок все же потребует исполнения собственных желаний вопреки намере­ниям взрослого. «Дай!» — требует кроха, проявляя завидную настойчивость, упрямо поворачиваясь в сторону горячего утюга, хрустальной вазочки, фарфо­ровой статуэтки, термометра. Малышу, хоть и подрос, пока трудно разобраться, когда можно, а когда нельзя брать предметы. Ему еще не понять, что есть вещи, которые в руки детям не дают. И в этом случае строгое взрослое «нельзя» должно звучать решительно и категорично. Запрет должен звучать неизменно, к кому бы из старших ни обратился ребенок. Так он усваивает, что жить в чело­веческом обществе следует, соизмеряя собственные желания с общеприня­тыми нормами поведения. Сиюминутные чувства и потребности придется учиться подавлять, хотя сделать это на первых порах очень трудно.

У маленького ребенка пока еще отсутствует собственный житейский опыт, отсюда понятным становится его бесстрашие, когда он пытается, например, прикоснуться к горячему утюгу, кипящему чайнику. Смельчаку не понять предо­стережения взрослого, он начинает возмущаться и даже бунтовать. Правильно поступает та мама, которая во избежание" конфликта уносит строптивца в другую комнату или отвлекает его интересной игрушкой. А еще лучше, если взро­слые сумеют предвосхитить нежелательную ситуацию, уберут с глаз ребенка предметы, которые нельзя дать ему в руки.

Иногда строгая мама, отвергая всяческие компромиссы, демонстрирует свою методу воспитания, рубит сплеча: «У меня не побалуешься! Нет— и все!» И горько плачет малыш, недоумевая, почему так несправедливы к нему люди. Он искренне обижен на них. Искренне недоумевает и мама: отчего ее любимец становится все упрямее, все непослушнее, капризнее? И не понимает такая мама, что дефицит взаимопонимания неизменно откладывает в душе ребенка свой отпечаток, что своим жестким отношением она создает среду, в которой, к сожалению, отлаживается, набирает силу механизм отрицательных эмоций. Теперь от малыша уже не приходится ждать послушания. Он становится все более раздражительным, упрямым, а следом может прийти и беда — ранние неврозы.

Можно привести немало типичных, так знакомых каждому взрослому житейских случаев, когда ребенок, выйдя из-под родительского контроля, ста­новится неуправляемым, бунтует, протестует против чего-то. И еще раз повто­рим: за каждым таким протестом непременно кроется какая-то причина, до которой очень важно докопаться, чтобы впредь не допускать ее, чтобы нор­мальный жизнерадостный малыш не вырастал в упрямца, привыкшего дикто­вать свои условия.